Обсудить на Форуме
Каталог файлов | Регистрация | Вход
 
Юридические консультации:

по семейным спорам
+7 (927) 517-87-83
Понедельник, 25 Сен 2017, 12.55.08
Приветствую Вас Гость | RSS

Поиск по сайту
Меню сайта
Форма входа
Правозащитники

Форум Официальный сайт общественного движения "Общественный Контроль Правопорядка" Регистрация

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Файлы » Мои файлы

Жалоба в ЕСПЧ на отказ в компенсации незаконных действий суда
[ Скачать с сервера (139.2Kb) ] 09 Дек 2011, 02.49.19

II. EXPOSÉ DES FAITS
STATEMENT OF THE FACTS
ИЗЛОЖЕНИЕ ФАКТОВ
(Voir chapitre II de la note explicative)
(See Part II of the Explanatory Note)
(См. Раздел II Инструкции)
14.
14.1 Мы свидетельствуем, что Государством не были нам предоставлены средства защиты от незаконных действий судьи , приведших к нарушению конвенционных прав, что в свою очередь нарушило права, гарантированные п 1 статьи 6 , 13, 14, 17 ЕКПЧ и п1 протокола 1
 
14.2 В июле 2011 мы обратились в Железнодорожный суд г Новосибирска с исковым заявлением о компенсации за незаконные действия суда в порядке статей 151, 1069, 1071 Гражданского кодекса РФ.
 
Судьёй Железнодорожного суда г Новосибирска Михайловой Т А нам было воспрепятствовано в доступе к суду требованием уплаты пошлины при защите конституционных прав, при освобождении ответчика - государственного органа- от уплаты пошлины.
При этом наши доводы о дискриминационном характере данного требования были судьёй проигнорированы. Эти незаконные действия судьи нарушили наши права, гарантированные статьями 6 , 14 ЕКПЧ на справедливое судебное разбирательство в разумный срок, на беспрепятственный доступ к правосудию, на равенство всех перед законом и судом, повлекли аналогичные нарушения наших прав судами.
 
14.3 Для жертв незаконных действий, приписываемых государству или его агентам, российская правовая система предусматривает возмещение вреда , причинённого нарушением конвенционных и конституционных прав.
 
Ответственность суда гарантирована Конституцией РФ (ст 19,45,46,53) и ст 6,13 ЕКПЧ, являющейся частью российского законодательства.
 
В национальном законодательстве компенсация причинённого вреда государственными служащими регламентируется положениями, содержащимися в ст. ст. 16, 151, 1069, 1070, 1071 , 1099-1101 Гражданского Кодекса Российской Федерации, подтверждена Конституционным судом Российской Федерации (Постановление КС РФ от 20.02.2006 №1-П, Постановление КС РФ № 1-П от 25.01.2001, Определение КС РФ № 278-О-П от 05.03.2009, Определение КС РФ № 524-О-П от 8.04.2010)
 
7 сентября 2011 года мы обратились с исковым заявлением в Железнодорожный суд г Новосибирска с целью защиты своих прав в исковом порядке, а также для предотвращения подобного нарушения наших прав, с которым мы сталкивались часто (приложение 1, 2)
 
15 сентября 2011 года Железнодорожный суд г Новосибирска отказал в принятия иска к производству на том основании, что дело не подлежит рассмотрению в исковом порядке , но только путём кассационного обжалования (приложение 3)
 
Характер Определения :
 
1. В ОПРЕДЕЛЕНИИ содержится ложное утверждение об оcпаривании нами действий судьи при осуществлении правосудия при обжаловании нами действий судьи по нарушению наших конституционных прав
 
2. В ОПРЕДЕЛЕНИИ содержится необоснованное утверждение о наличии возможности обжалования действий судьи в кассационном порядке. Законность действий судей устанавливается в порядке гражданского, административного или уголовного судопроизводства
 
3. В ОПРЕДЕЛЕНИИ содержится ЛОЖНАЯ информация о том, что нами обжаловались действия при осуществлении правосудия, к которым относятся только судебные акты , вынесенные по существу дела (разъяснено Конституционным Судом РФ)
 
4. В ОПРЕДЕЛЕНИИ отсутствуют доводы суда о причинах игнорирования судебных актов Конституционного суда , постановившего незаконным отказ судьи в принятии подобного искового заявления , что нарушает принцип правовой определённости и право на исполнение судебного акта
 
5. В ОПРЕДЕЛЕНИИ подменена гражданско-правовая ответственность государства за действия своих агентов на уголовную ответственность судьи : cтатьями 16,1069,1070,1071 ГК РФ установлен порядок возмещения вреда всеми государственными служащими вне зависимости от привлечения их к уголовной ответственности.
 
6. В ОПРЕДЕЛЕНИИ содержится недостоверная информация о том, что отсутствуют условия для возмещения морального вреда : незаконные действия судьи дискриминационного характера с целью создания препятствий в доступе к суду подлежат компенсации в порядке статей 1069,1071,151 ГК РФ
 
7. В ОПРЕДЕЛЕНИИ отсутствуют доводы суда о причинах игнорирования прецедентной практики ЕСПЧ , требований ЕКПЧ

8. ОПРЕДЕЛЕНИЕ не сообщает о способе защиты своих прав от незаконных действий судьи
 
14.4 Мы обжаловали решение суда первой инстанции в кассационном порядке , воспользовавшись правом на устранение существенных ошибок суда первой инстанции, лишившего нас доступа к правосудию (приложение 4)
 
11 октября 2011 Судебная коллегия по гражданским делам областного суда г Новосибирска оставила решение суда без изменения ( дело № 33-7477/2011), блокировав наш доступ к правосудию (приложение 5)
 
Характер Кассационного определения - ПОЛНОЕ ДУБЛИРОВАНИЕ мотиваций суда первой инстанции и ПОЛНОЕ ИГНОРИРОВАНИЕ доводов частной жалобы, БЛОКИРОВАНИЕ судебных актов Конституционного Суда РФ.
 
Таким образом, суды первой и второй инстанций посредством отказа от применения правовых норм, ненадлежащего рассмотрения доводов искового заявления и частной жалобы нарушили наши конвенционные права
 
III.
Exposé de la ou des violation(s) de la Convention et/ou des Protocoles alléguée(s), ainsique des arguments à l’appui
Statements of alleged violation(s) of the Convention and/or Protocols and of relevant arguments
ИЗЛОЖЕНИЕ ИМЕВШЕГО(ИХ) МЕСТО, ПО МНЕНИЮ ЗАЯВИТЕЛЯ, НАРУШЕНИЯ(ИЙ) КОНВЕНЦИИ И/ИЛИ ПРОТОКОЛОВ К НЕЙ И ПОДТВЕРЖДАЮЩИХ АРГУМЕНТОВ
(Voir § 19 (с) de la notice)
(See § 19 (c) of the Notes)
(См. § 19 (в) Пояснительной записки)
 
15. Мы считаем, что имело место нарушение п.1 ст.6, 13, 17 Конвенции о защите прав и основных свобод и пункта 1 протокола 1 Конвенции Нарушение статьи 6 Европейской Конвенции по правам человека
 
1). Право на обращение в суд в случае любого спора о гражданских правах и обязанностях Статья 6(1) обеспечивает каждому человеку право на рассмотрение в суде любого спора, относящегося к его гражданским правам и обязанностям (решение по делу Golder v the UK, 21.02.1975, п. 36); "создание препятствий для действенного осуществления права может оказаться равносильным нарушению указанного права, даже если препятствие и носит временный характер” (решение по делу Golder v the UK, п. 26; см также решение по делу Campbell and Fell v the UK, 28.06.1984, п. 105).
 
Cуды первой и второй инстанции продемонстировали , что НЕ ЛЮБОЙ спор , относящийся к гражданским правам, рассматривается судами РФ вопреки части 2 статьи 3 Гражданско-процессуального кодекса : Отказ от права на обращение в суд недействителен.
 
Национальное законодательство обеспечивало нам надлежащую защиту нарушенных прав статьями 45, 46, 53, 56 Конституции РФ, 16, 151, 1069, 1070, 1071, 1099-1100 Гражданского Кодекса РФ.
 
В связи с этим, мы считаем, что неудовлетворение наших требований на основе нерассмотрения доводов, отказа от применения федеральных законов , игнорирования прецедентной практики ЕСПЧ, игнорирования основной функции суда - восстанавливать права граждан и эффективно устранять нарушения - нарушило право на обращение в суд в свете п 1 ст 6 Конвенции.
 
2). Право на надлежащее рассмотрение замечаний, доводов и доказательств, представленных сторонами по делу: « действие статьи 6 Конвенции заключается в том, чтобы, среди прочего, обязать "суд" провести надлежащее рассмотрение замечаний, доводов и доказательств, представленных сторонами по делу, беспристрастно решая вопрос об их относимости к делу (см. Постановление Европейского суда по делу "Van de Hurk v. Netherlands" от 19 апреля 1994 г., Series A, N 288, p. 19, § 59).»
 
Как следует из Определения Железнодорожного суда г Новосибирска от 14 сентября 2011 и из Кассационного определения Судебной коллегии областного суда г Новосибирска от 11 октября 2011 выводы судов НЕ основаны на законах, подлежащих применению в данном деле, доводы заявителей НЕ рассмотрены, судами НЕ выполнены судебные акты –решения Конституционного Суда РФ, НЕ принята во внимание прецедентная судебная практика ЕСПЧ.
 
Так, ЕСПЧ, рассматривая пределы прав гарантированных ст. 6 Конвенции, напомнил в постановлениях по : делу «Хаджианастасиу против Греции» (Постановление № 12945/87 от 16 декабря 1992 г.), напомнил, что суды должны указывать с достаточной ясностью доводы и мотивы, на которых они основывают свои решения. При этом ЕСПЧ установил нарушение ст.6 Конвенции в указанном деле.

делу «Пронина против Украины» (CASE OF PRONINA v. UKRAINE (Application no. 63566/00) (§ 25)): «обязанность судов по существу оценивать доводы заявителя, основанные на Конституции, игнорирование данной обязанности является нарушением ст. 6 Конвенции». по делу «Х.Балани против Испании» (CASE OF Hiro Balani v Spain, постановление от 9 декабря 1994 г., Series A, no. 303-B): «отказ судебной инстанции рассмотреть в своем решении главное основание жалобы (аргументы, основанные на Конвенции, которые к тому же были ясно и полно изложены) является нарушением права заявителя на справедливое разбирательство по ст. 6 Конвенции».
 
 
3). Право на исполнение решения суда
 
В Постановлении Европейского Суда от 19 марта 1997 года по делу "Хорнсби против Греции" указано, что право на судебную защиту стало бы иллюзорным, если бы правовая система государства позволяла, чтобы окончательное, обязательное судебное решение оставалось недействующим к ущербу одной из сторон; исполнение решения, вынесенного любым судом, должно рассматриваться как неотъемлемая часть "суда".
 
Железнодорожный суд г Новосибирска и областной суд г Новосибирска не выполнили Постановления и Определение Конституционного суда РФ, гарантирующих право подачи подобных исков, нарушив наше право на исполнение решения суда и подчинение судами Конституции РФ.
 
Требование своевременного и эффективного исполнения судебных решений, предопределяет обязанность государства обеспечить реализацию этого требования посредством установления в федеральном законе надлежащего организационно-правового механизма исполнения судебных решений.
 
Наши ссылки на судебные акты Конституционного Суда РФ , подтверждающего правомерность заявленного иска в порядке статьи 134 ГПК, были обойдены судом первой инстанции полным молчанием и умышленно не применены судом второй инстанции со ссылкой на «неурегулированность вопроса» вопреки процитированным решениям Конституционного суда РФ.
 
В постановлении ЕСПЧ «Красуля против России» (постановление от 22 февраля 2007 г.) « Полное молчание кассационной инстанции в отношении данного довода противоречит концепции справедливого судебного разбирательства, которое является основанием статьи 6 (см. среди прочего, Ruiz Torija, S: 30; Vidal v. Belgium, решение от 22 апреля 1992, Series A no. 235-B, S: 34). Следовательно, имело место нарушение статьи 6.1 Конвенции. Суд присудил заявителю справедливую компенсацию в размере 4 000 евро. KRASULYA v. RUSSIA JUDGMENT.
 
 4) Право на справедливое судебное решение:
 
В Постановлении по делу "Голдер против Соединенного Королевства" (см. Серия A, N 18 (1975); 1 EHRR 524), Европейский Суд отметил, что было бы немыслимо, чтобы пункт 1 Статьи 6 Конвенции обеспечивал надлежащее осуществление процессуальных действий при споре о праве или предъявлении уголовного обвинения и в то же время оставлял лицо, обратившееся в суд, или обвиняемого незащищенными относительно результата разрешения дела: "Справедливое, публичное и скорое судебное разбирательство не имеют никакой ценности", если они приводят к явно несправедливым результатам.
 
 
Отказ государства в компенсации за незаконные действия суда лишает нас права на суд, основанный на законе, поскольку отсутствуют или не предоставляются механизмы ответственности за нарушение прав граждан судом.
 
В соответствии с требовниями ст 13 ЕКПЧ « если какое-либо средство правовой защиты само по себе не удовлетворяет требованиям статьи 13 Конвенции, совокупность средств, предлагаемых национальной правовой системой, может удовлетворять данным требованиям (см., среди прочих источников, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Кудла против Польши" ({Kudla} <*> v. Poland), жалоба N 30210/96, § 157, ECHR 2000-XI; см. также Постановление Европейского суда по делу "Чонка против Бельгии" (Conka v. Belgium), жалоба N 51564/99, § 75, ECHR 2002-I)».
 
 Для жертв незаконных и преступных действий, приписываемых государству или его агентам, российская правовая система предусматривает два способа защиты прав :
 
- гражданскую процедуру
- средства правовой защиты уголовно-правового характера.
 
Защита своих прав от незаконных действий и решений судей в уголовном порядке является неэффективной - блокируется следственными комитетами, прокуратурами, судами посредством неприменения законных норм к данной категории государственных служащих в нарушение статьи 17 ЕКПЧ.
 
В связи с неэффективностью этой защиты мы воспользовались гражданской процедурой : возмещение вреда, причинённого нарушением прав, согласно ст 6,13 ЕКПЧ и п 1 протокола 1 Конвенции .
 
Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).
 
Участвуя в регулируемых гражданским законодательством отношениях, возникающих при возмещении вреда, причиненного частным лицам, Российская Федерация выступает на равных началах с иными участниками этих отношений. Однако, суды ограждаются от ответственности самими судами, используя отсутствие строгих правовых формулировок, регламентирующих компенсацию за вред, причинённый именно судом.
 
 Суды первой и второй инстанции, указав на возможность кассационного обжалования незаконного решения и незаконных действий судьи , ограничили наше право на возмещение вреда, причинённого судом. Подобная позиция судов РФ основана на обеспечении своей собственной безответственности, что возможно благодаря согласительной позиции властей РФ.
 
В нашем деле речь идёт о явно незаконных действиях судьи , которые свидетельствуют о том, что судья не способен осуществлять качественное правосудие в силу недостаточной судейской порядочности.
 В данном случае судья причинил вред действиями, нарушающими требования п.2 ст.3 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации».
 
Наше право на рассмотрение иска о возмещении вреда, наступившего в результате незаконных действий суда , не должно быть ограничено судом на основании того , что судья, причинивший вред , не был привлечён к уголовной , дисциплинарной или другой установленной законом ответственности, так как наказание судьи не компенсирует вред пострадавшему от судейского произвола.
 
Европейский Суд по правам человека указал в Постановлении от 9 декабря 1994 года по делу "Стрэн Грик Рифайнериз" и Стратис Андреадис против Греции" (Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece), что законодательное регулирование, противоречащее общеправовому принципу "никто не может быть судьей в собственном деле", обернулось в судебных разбирательствах явным неравенством власти и права.
 
В связи с данной правовой позицией ЕСПЧ можно утверждать, что РФ не обеспечивает качество закона , регламентирующего возмещение вреда , причинённого судом : рассмотрение районными судами исковых заявлений к районным судам противоречит принципу "никто не может быть судьей в собственном деле" «Каждому Государству надлежит (...) создать со­ответствующие суды, определить их компетенцию и условия приня­тия дела к производству» (Guzzardi, 72).
 
 
5). Право на пересмотр несправедливого решения с целью исправления судебных ошибок и неправильного применения правовых норм:
 
Европейский Суд не раз отмечал, что одним из принципов верховенства права является принцип правовой определенности, который предусматривает недопустимость пересмотра окончательного решения суда исключительно в целях проведения повторного слушания по делу и постановления нового решения ("Brumarescu v. Romania”, постановление от 28 октября 1999 г., Сборник Постановлений и Решений 1999-VII, П. 61). Пересмотр окончательного решения суда возможен лишь с целью исправления судебных ошибок и неправильного применения правовых норм. Отклонение от данного принципа возможно исключительно при наличии существенных и неоспоримых обстоятельств (mutatis mutandis, "Ryabykh v. Russia”, № 52854/99, п. 52, ECHR 2003-X и "Pravednaya v. Russia”, № 69529/01, п. 25, 18 ноября 2004).
 
Мы уверены, что нарушение судами первой и второй инстанций, гарантированных Конвенцией, Конституцией РФ и Гражданским Кодексом РФ прав граждан, самоуправный отказ от применения федеральных законов, судебных актов Конституционного суда РФ, игнорирование судебной практики Верховного суда РФ, можно квалифицировать как «неприменение правовых норм».
 
Отказ от рассмотрения иска противоречит прецедентной практике Европейского суда по правам человека , взыскавшего компенсацию в пользу заявителя за незаконные действия суда, повлекшие нарушение ст 6 ЕКПЧ ( Постановление Европейского Суда по правам человека от 10.02.2005 г. Дело "Сухорубченко (Sukhorubchenko) против Российской Федерации" (Жалоба N 69315/01)) и другие.
 
            Нарушение статьи 13 Европейской Конвенции по правам человека
 
Согласно статье 13 Конвенции: «Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».
 
Из прецедентной практики ЕСПЧ по делу «Кудла (KUDLA) против Польши»: «Излагая обязанность Государства защищать права человека, в первую очередь, внутри своего правопорядка, статья 13 [Конвенции] устанавливает в пользу тяжущихся дополнительную гарантию эффективного пользования правами, о которых идет речь. Как это вытекает из подготовительных работ (Сборник подготовительных работ Европейской конвенции по правам человека, том II, стр. 485 и 490, и том III, стр. 651), предметом статьи 13 является предоставление средства, посредством которого тяжущиеся могут получить (на национальном уровне) исправление нарушений их прав, гарантированных Конвенцией, до того как будет запущен международный механизм обжалования перед Судом (§ 152).»
 
Цель правила, содержащегося в статье 26: предоставить Государствам возможность предотвратить или уладить те нарушения, в кото­рых их обвиняют. (Hentrich, 33; тот же принцип, Glasenapp, 44).
 
Мы, прибегая в течение 2-х лет к судебным обжалованиям незаконных действий государственных служащих, столкнулись с массовыми нарушениями законов РФ, совершаемыми судами.
Отсутствие эффективной защиты от незаконных действий и решений судей как в уголовном порядке , так и в гражданском, равнозначно отказу в судебной защите и , более того, злоупотреблениям коррупционной направленности в отношении граждан, в том числе нас.
 
Предотвращение нарушений со стороны судов невозможно при отсутствии санкции за эти нарушения. Государство не желает улаживать это вопрос самостоятельно.
 
«Суд напоминает, что правило об исчерпании внутренних средств правовой защиты, о которых говорит статья 26 Конвенции, обязывает тех, кто пытается возбудить иск против Госу­дарства в международном судебном или арбитражном органе, сна­чала использовать средства защиты, предоставляемые национальной правовой системой. Соответственно, Государства освобождены от ответственности перед международным органом за свои действия, пока они имеют возможность исправить положение в рамках своей собственной правовой системы. Правило основывается на предпо­ложении, которое отражено в статье 13 Конвенции, — с которой оно тесно переплетается, — что в национальной судебной системе име­ются доступные эффективные средства правовой защиты в отноше­нии заявленного нарушения, независимо от того, включены ли пра­вовые нормы Конвенции в национальное законодательство. Поэтому важный аспект этого принципа состоит в том, что механизм защиты, установленный Конвенцией, является субсидиарным по отношению к национальным системам гарантий прав человека» (Aksoy, 51; тот же принцип, Akdivar et al, 65).
 
 
Несмотря на наличие средств защиты в национальном законодательстве , они НЕ предоставляются Государством даже после напоминания о Европейском суде по правам человека, что указывает на особую ЗЛОСТНОСТЬ действий Властей РФ и необходимость повышения ответственности Государства перед Европейским судом.

«Правило об исчерпании внутренних средств правовой защиты подлежит ограничительному толкованию; (...) следовательно, для того чтобы заявитель не исчер­пал внутренних средств правовой защиты достаточно, чтобы он не воспользовался одним из средств защиты, которые были ему дос­тупны, если предположить, что, обратившись во внутренний суд, он имел шанс добиться рассмотрения всей его жалобы, критикующей одну и ту же меру» (CommEDH, D 712/60, Retimag S.A. с. RFA, Ann. Vol. 4, p. 407).
 
 Внутренние средства правовой защиты от незаконных действий и решений судей являются иллюзорными :
 
1) возмещение вреда за незаконные решения суда блокируется судами посредством отказа от применения правовых норм
 
2) возмещение вреда за незаконные действия суда блокируется судами , прокуратурами, следственными комитетами под предлогом возможности кассационного обжалования решения
 
3) признание незаконных действий судьи блокируется председателями судов, Квалификационными коллегиями судей, следственными комитетами
 
Таким образом, Государством нелегитимно обеспечена БЕЗОТВЕТСТВЕННОСТЬ суда и мы не имеем шанса добиться возмещения вреда, причинённого судом при осуществлении правосудия.
 
Правовая защита заключается не только в отмене незаконного решения , но и в профилактике возможных будущих противоправных деяний. Один из важнейших инструментов профилактики – это наказание за нарушение. Часто правонарушитель не имеет морально-этических сдерживающих факторов, и страх перед наказанием остаётся единственным фактором, который на него действует. Без наказания не мыслимо право как таковое. Когда речь идёт о правовой защите, а тем более об эффективной правовой защите, то отсутствие такого наиважнейшего элемента как наказание, особенно в обществе, где мораль не является доминантой – исключает саму возможность правовой защиты.
 
Отказ суда в компенсации вреда, причиняемого судьями, не может дисциплинировать судей , более того – безнаказанность развращает их. Хотя здравая логика подсказывает, что требования к судьям должны предъявляться выше, нежели к обычному человеку, поскольку они имеют властные полномочия и представляют государство. Но судебная практика показывает, что именно Государство заинтересовано сохранить безответственность судей.
 
Определения об отказе в принятии к производству исков за вред, причинённый незаконными судебными актами, являются идентичными в судах разных регионов страны, что указывает на централизованное руководство подобными отказами в правосудии
 
Итак, компетентные органы Государства предварительно рассматривали дело и в силу этого факта имели возможность возместить ущерб, понесенный нами , посредством внутреннего права. Но не захотели этого сделать.
 
                      Нарушение статьи 17 Европейской Конвенции
 
Статья 17 Конвенции запрещает злоупотребление правами: «Ничто в настоящей Конвенции не может толковаться как означающее, что какое-либо государство, какая-либо группа лиц или какое-либо лицо имеет право заниматься какой бы то ни было деятельностью или совершать какие бы то ни было действия, направленные на упразднение прав и свобод, признанных в настоящей Конвенции, или на их ограничение в большей мере, чем это предусматривается в Конвенции».
 
Суды РФ упразднили наше право на правосудие в соответствии с п 1 ст 6 Конвенции. При таких злоупотреблениях, когда федеральные законы и международные договоры игнорируются или применяются явно в произвольном характере, у нас нет возможности реализовать права, признанные в Конвенции.
 
Суды первой и второй инстанции не только нарушили наше право на эффективное обращение в суд и справедливое судебное разбирательство, гарантированное частью 1 статьи 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, но и своими неправосудными решениями подтвердили существование в государстве судебной практики, основанной на корпоративности
 
Эти исключительные обстоятельства, представляющие собой повторяющиеся и согласованные незаконные действия, несовместимые с Конвенцией и сопряженные с официальной терпимостью вышестоящих национальных инстанций, их безразличием перед лицом серьезных обвинений в должностных злоупотреблениях судей против правосудия, свидетельствуют о системном беззаконии, которое ни при каких обстоятельствах не может преследовать законную цель.
 
Используемые судьями коррупционные средства (круговая порука, безнаказанность и безответственность) препятствуют эффективному, своевременному, справедливому правосудию, то есть направлены на достижение незаконной цели.
 
Основываясь на фактах, изложенных в настоящей жалобе, руководствуясь положениями Европейской конвенции, ратифицированной Российской Федерацией, мы полагаем, что официальные власти России нарушили часть 1 статьи 6 и статью 13, 17 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
 
 
                      Нарушение п 1 протокола 1 Конвенции
 
 
ЕСПЧ напоминает, что понятие <<собственности>>, содержащееся в первой части статьи 1 Протокола 1, имеет автономное значение, которое не ограничено правом собственности на физические вещи и не зависит от официальной квалификации в национальном праве: понятие <<собственности>> не ограничено <<существующим имуществом>>, но может касаться имущественные ценности, включая права требования относительно которых заявитель вправе претендовать, по крайней мере, на обоснованное и законное ожидание эффективного пользования правом собственности или имущественным правом (см. neryldz v. Turkey [GC], no. 48939/99, S: 124, ECHR 2004-XII, and Prince Hans-Adam II o Liechtenstein v. Germany [GC], no. 42527/98, S: 83, ECHR 2001-VIII). Если имущественный интерес лежит в основе требования, он может рассматриваться как имущественная ценность, только если у нее достаточное основание в национальном праве...(см. Kopeckэ v. Slovakia [GC], no. 44912/98, S:S: 52, ECHR 2004-IX; Draon v. France [GC], no. 1513/03, S: 68, от 6 октября 2005; Anheuser-Busch Inc. v. Portugal [GC], no. 73049/01, S: 65, от 11 января 2007)( ДЕНИСОВА И МОИСЕЕВА ПРОТИВ РОССИИ (Жалоба No. 16903/03) 1 апреля 2010) Мы претендовали при обращении в суд на обоснованное и законное ожидание пользования имущественным правом ( компенсацией вреда), предусмотренным национальным законодательством, что подтверждает Конституционный суд РФ. Понятие собственности. Требование о возмещение вреда (аквелианский режим).
 
«Требования такого рода "могут быть иму­щественного характера и в таковом качестве охватываются первой фразой статьи 1 Протокола № 1, которую и надлежит применить"» (Presses Compania Naviera S.A. et al, v. BELGIUM 31 ).
 
Однако, судами первой и второй инстанции правоприменительная практика была проигнорирована, и к нам был применён произвольный подход, что нарушило наше право , гарантированное п 1 протокола 1 Конвенции . В результате нарушения статей 6,13,17 ЕКПЧ нарушено наше право , гарантированное п 1 протокола 1 Конвенции
Категория: Мои файлы | Добавил: merrypoppins
Просмотров: 2225 | Загрузок: 172 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 3.0/1
Всего комментариев: 0
avatar

Развод застал врасплох?
Тревожат Споры о детях?

Обращайтесь:
Правовая помощь по семейным делам
Образцы исковых заявлений, жалоб
Права отца после развода
Юридическая консультация по семейным вопросам онлайн, бесплатно по телефону.

Copyright MyCorp © 2017